Слуцкий: я пытаюсь найти ключик к каждому игроку
Олег Лысенко
Леонид Слуцкий
Комментарии
Леонид Слуцкий объяснил, почему взял в Кишинёв «двух с половиной» здоровых стопперов, не заменил Кокорина и снова оставил в запасе Черышева.

Немного отойдя от перипетий тяжёлого матча с молдаванами, главный тренер сборной России пообщался с группой российских журналистов. Несмотря на поздний час – полвторого ночи – и естественную моральную и физическую усталость, Леонид Слуцкий спокойно и обстоятельно разобрал прошедшую игру. И только после этого наконец-то отправился отдыхать. Денёк у него выдался и в самом деле сумасшедший…

— Леонид Викторович, какой «Иркутск» вы на этот раз в перерыве футболистам пообещали?
— Понятно, что мы нацеливались играть комбинационно. К сожалению, поле не позволяло. Мы не смогли перестроиться по ходу первого тайма, в перерыве изменили тактику. Сказали: больше длинных передач, фланговой игры, переходов в отбор.

Я для себя сразу определил: если не Дзагоев, то Мамаев.

Попросили хотя бы начать напрягать линию защитников Молдавии в расчёте на какие-то ошибки. Потому что из очень большого владения мячом в первом тайме особой остроты выжать не смогли. Пришлось перестраиваться по ходу игры.

— Поэтому и Дзюба очнулся после перерыва?
— Все очнулись! Если в первом тайме у нас 70 процентов действий были между двумя центральными защитниками и опорными полузащитниками, то во втором тайме мы больше форсировали атаки. Даже если наши игроки находились не с мячом, то, по крайней мере, где-то рядом с ним, то есть можно было в отборе срабатывать.

— Со слов Дзюбы вы в перерыве сделали небольшой втык команде. В чём это выражалось?
— Понятно, что всё было достаточно серьёзно, поскольку мы не имели права терять очки в столь сложной ситуации. В том, что касается качества игры, матчи со сборными Швеции и Лихтенштейна складывались для нас достаточно легко. Многое получалось. А в Кишинёве почти ничего не получалось. Такие игры тоже надо уметь выигрывать – за счёт несколько иных вещей, иных качеств. Ребята — молодцы, что смогли победить.

— На взгляд с трибуны, Кокорин в первом тайме совершил большое количество брака, но избежал замены. Вы продолжали верить в него или просто некем было заменить?
— Там и у Широкова был большой процент брака, и у Шатова. То есть я не могу сказать, что Кокорин сильно в этом смысле выделялся. Поэтому вопрос был не в перестановках. Мне нужно было посмотреть, как будем действовать в несколько иной манере, прежде чем принимать или не принимать персональные решения.

— Истраченная в первом тайме замена на ваше решение никого не менять в перерыве повлияла?
— Нет. Ещё раз говорю: мы просто перестроились и я должен был посмотреть основной состав в новой ситуации. Считаю, что второй тайм Кокорин провёл очень качественно.

— Довольны ли вы Мамаевым? И был ли он единственным кандидатом на место рядом с Денисовым в опорной зоне?
— Я для себя сразу определил: если не Дзагоев, то Мамаев. Каждый из футболистов мог сыграть лучше, но в целом — да, я им доволен. Тем более что, насколько понимаю, для него это был первый матч в стартовом составе национальной команды.

— Кузьмин второй раз уверенно входит в игру со скамейки. Когда уже вознаградите его за это местом в стартовом составе?
— Судя по всему, в следующей игре.

Мне пока очень трудно до конца оценить Дениса и сказать, на что он действительно сегодня способен.

У Смольникова серьёзное повреждение. Его давно беспокоит приводящая мышца, и здесь он в очередной раз пожаловался на травму.

— Как самочувствие Алана Дзагоева и Василия Березуцкого?
— Смотрим каждый день. Пока не могу сказать. Не потому, что не хочу, а просто не знаю.

— Можно ли сказать, что Жирков – здоровый Жирков – сейчас первый кандидат на место левого защитника, а Комбаров – второй?
— Наверное, в идеальной ситуации, как я её себе рисовал перед матчем со Швецией, так и было. Но всё меняется. Сборная – достаточно сложный в этом плане организм. Кто-то выпадает из состава, кто-то играет на других позициях. Жирков, сыграв левого защитника в сборной, впоследствии в клубе сыграл на этом месте только один тайм с ЦСКА. Все остальные матчи он не то что не играл левого защитника, даже не приближался к этой зоне, выходя в опорной зоне и так далее. И так бывает не только с ним. Мамаев у нас исполнял второго опорника, тогда как в клубе действует на другой позиции. Есть несколько игроков, которых в клубе используют иначе. Понятно, что это не вратарь, не центральный защитник и не Дзюба, которого больше никак не используешь. То есть сегодня этот рейтинг таков: Жирков, Комбаров, но уже завтра он может поменяться, в зависимости от текущей ситуации и того, что происходит в клубах.

— Не слишком ли рискованно было заявлять на матч, грубо говоря, двух с половиной здоровых центральных защитников?
— Мы перебрали вообще все варианты и долго думали на эту тему. Пока не видим такого прямо реального кандидата. Гранат был травмирован и совсем не играл. Дьяков получил повреждение. Остаются Семёнов, Новосельцев. Но и Новосельцев не всегда играет центрального защитника. И потом у него тоже была длинная травма. У нас была договорённость с Васей: если что, он сможет выйти. В самом крайнем случае можно было бы Тарасова в этой роли использовать.

— Широкова не думали вернуть в защиту?
— Нет. Слишком много воды с 2008 года утекло.

— Вы говорили, что будете ставить Черышева в состав, когда он начнёт хотя бы крохи практики в «Реале» получать. Он стал изредка появляться на поле – почему же в сборной по-прежнему не играет?
— Очень сложно по 17 минутам, которые он сыграл в чемпионате Испании, получить полную картину. Плюс у нас очень сильно отличалась подготовка. Перед Швецией и Лихтенштейном, во-первых, времени было больше, а во-вторых, все приехали живыми и здоровыми и нам удалось качественно поработать. Здесь же у нас большая группа игроков была с микротравмами, и тренировочный процесс носил в большей степени восстановительный характер.

Первые секунды после матча Акинфеев был недоволен.

В таком режиме определить состояние Черышева было сложно. Мне пока очень трудно до конца оценить Дениса и сказать, на что он действительно сегодня способен.

— Два гола со стандартов свидетельствуют о серьёзной работе над этим аспектом?
— Над стандартами работаешь всегда. На каком-то этапе ты их забиваешь, на каком-то – не забиваешь. Здесь надо отдать должное не только тем, кто забил, но и автору хороших передач – Комбарову.

— Ваш румынский коллега Стойка посетовал, что сказалось преимущество в росте российских игроков над молдавскими защитниками – за исключением Армаша.
— Нет, ну 16-й номер у них тоже высокий защитник. Не знаю, какое преимущество тут сработало.

— Акинфеев не бушевал в раздевалке – всё-таки он очень трепетно относится к «сухости» ворот?
— Первые секунды после матча понятно, что был недоволен. Это рабочая ситуация.

— Дзюба у вас забивает третий матч подряд. Нашли к нему персональный ключик?
— Я пытаюсь найти ключик к каждому из игроков. Естественно, что тем людям, которые выходят в стартовом составе, больше внимания уделяется. То же самое и в клубе происходит. Но Дзюба – молодец. Одно дело, забивать, когда у тебя всё катит, всё получается, и другое – отличиться в таком матче, где у тебя не всё гладко.

— Когда вы узнали о поражении Черногории от Австрии?
— Только после нашей игры. А зачем нам нужно было следить за Черногорией?

— Перед приездом в Москву она лишилась даже теоретических шансов на выход из группы.
— Да, у Черногории не осталось мотивации, и не будет удалённого Вучинича.

Да, под вопросом Йоветич, но у нас свои задачи, и мы будем отталкиваться от себя, а не от Черногории.

— К разбору игры черногорцев ещё не приступали?
— У нас есть все старые матчи, но свежая игра есть свежая игра. Посмотрим завтра (в субботу. – Прим. авт.). Будем готовиться.

— Получилось, на ваш взгляд, у футбола «стать миротворцем» в Кишинёве?
— Думаю, что да. Насколько я понимаю, особых эксцессов не было – особенно по сравнению с тем, о чём думали.

— Не переживаете, как там без вас ЦСКА?
— Да нет, у нас там Онопко, Гончаренко. Всё хорошо, мы на связи.

Комментарии